– А теперь ступайте, потому как скоро я запою, – доброжелательно предостерег он гостя.

– Ну что ж, до свидания, любезный… как бишь вас зовут?

– Василич моя фамилия. Василич Тодор Эммануил, по материнской линии я состою в родстве с болгарской ветвью Ганчевых.

– Кто такие Ганчевы?

– Торговцы луком, в селе Салегуч под Варной.

Едва Питмен успел сделать шаг, как его остановил грозный окрик:

– Предъявить документы!

На пороге склада стоял офицер с нашивками лейтенанта и рядовой легионер. Оба с нацеленными на дезертира револьверами.

В два прыжка Питмен оказался за порогом. Вслед ему прогремел выстрел.

– Хватай его, это он!

Питмен вскрикнул и упал: судя по всему, его подстрелили. Солдат поспешил к нему.

– Что вы прицепились к безобидному арабу? – изумился Тодор Эммануил Василии, родственник болгар Ганчевых по материнской линии.

– Тьфу ты, олух царя небесного! Да он такой же араб, как я!

– Разве вы араб? Прошу прощения, но, по моим сведениям, местный уроженец не имеет права служить офицером в Легионе.

– Никакой я не араб! Да и он тоже… Вы же самолично принимали телеграмму, в которой сообщалось, что бандиты шейха Измина напали на отряд легионеров и прикончили всех до единого?

– Да-да, как же!.. Так, значит, это шейх?

– Не шейх, а легионер!

– Которого прикончили?

– Идиот!

– Верно! По нему сразу видно. Однако ведь это не повод, чтобы сразу палить в человека.

– Он обеспечил успех побега, выдав своих товарищей шейху. Зовут этого типа Питмен, легионер номер семьдесят один. Даю голову на отсечение, что это он.

Вернулся солдат, листая документы, вынутые из бумажника.

– Можете телеграфировать, господин лейтенант: объявленный в розыск Питмен был ранен при побеге и схвачен. Вот его документы.

– Кто бы мог подумать… – удивленно бормотал себе под нос Василич. – Сам шейх! А ведь на вид совсем простой человек… – Он сделал здоровенный глоток. Бурные события отвлекли его, и питейному расписанию грозили задержки. А в железнодорожном движении, как известно, точность превыше всего.